Информационный портал
для профессионалов кинобизнеса
Реклама
4007
на печать
30 Мая 2014 13:49

Александр Роднянский: «Все больше людей едут на фестиваль смотреть кино, а не тусоваться»

Александр Роднянский: «Все больше людей едут на фестиваль смотреть кино, а не тусоваться»

В преддверии ОРКФ «Кинотавр», который начнется 1 июня 2014 года, главный редактор интернет-портала «ПрофиСинема» Нина Ромодановская поговорила с продюсером Александром Роднянским о предстоящем юбилейном фестивале российского кино, открывающемся в июне в Сочи в 25-й раз и новом фильме Андрея Звягинцева «Левиафан», завоевавшим приз за «Лучший сценарий» на недавно завершившемся 67-м Каннском кинофестивале.

Нина Ромодановская:
Вы делаете, наверное, один из самых известных российских фестивалей, требующий достаточно большого финансирования. Министерство культуры выложило для обсуждения проект закона о том, что финансирование фестивалей со стороны ведомства не может превышать 50%. Скажите, каков на сегодняшний день бюджет «Кинотавра», какую часть этих денег вам дает Министерство, и как вы оцениваете данную инициативу?

Александр Роднянский:

В бюджете фестиваля «Кинотавр» 2014 года министерских денег как раз чуть меньше половины и для нас поддержка Минкульта имеет очень большое значение. Хотя исторически в совокупном бюджете фестивале за последние 10 лет, с 2005 года, доля госденег не превышает 15%... Остальное финансирование обеспечивается спонсорством, продажами путевок и Вашим покорным слугой. Кинотавр - самый большой фестиваль национального кино в мире - и по количеству показываемых фильмов, и по количеству приезжающих участников и гостей. Ежегодно фестиваль собирает несколько тысяч человек. В прошлом году, например, приехало около 5000 кинематографистов - это режиссеры, продюсеры, актеры, сценаристы, отборщики западных кинофестивалей, международные дистрибьюторы, заинтересованные в российских фильмах, критики, журналисты – словом, все те, кто имеет отношение к кино. Бюджет фестиваля этого года составляет около 140 млн. рублей.

Нина Ромодановская:
Помогает ли регион?

Александр Роднянский:

Помогает, но в финансовом выражении очень мало, не больше 5% мы получаем от местных властей. Но зато мы получаем существенную помощь в организации инфраструктуры фестиваля.

Нина Ромодановская:
Как вы сейчас, в целом, оцениваете ситуацию в российском кинематографе? Повышается ли качество отечественных картин? Сказывается ли это на конкурсной программе «Кинотавра» по сравнению с прошлым годом? В этом году он стал сильнее?

Александр Роднянский:

Я смотрю позитивно. В 2013 году вышло несколько крупных российских проектов, завоевавших не только внимание, но и благосклонность зрительской аудитории, что важно. Да и с оценкой конкурса прошлогоднего «Кинотавра» я не соглашусь – и тогда, и сейчас конкурс очевидно сильный. «Кинотавр» изначально задумывался нами не как сложный кураторский проект, в котором выбираются фильмы в соответствии с определенными темами и критериями. Напротив, наш фестиваль, скорее, барометр творческого состояния российского кино - и авторского, и жанрового. Мы неизменно подчеркиваем, что не хотим быть гетто «бескомпромиссного русского артхауса». Но и становиться ретранслятором для русского «жанра» мы тоже не хотим. В жанровом кино мы стараемся отыскать картины, отмеченные наличием Автора. А среди артхауса – обнаружить фильмы, способные найти путь к зрительскому сердцу.

Нина Ромодановская:
Да, вместе с тем, фильм призер прошлого «Кинотавра» собрал значительную зрительскую аудиторию. «Географа» посмотрело около 600 тысяч человек, и сборы приблизились к $5 млн. Прозвучали и другие фильмы – «Интимные места», «Небесные жены луговых мари». Означает ли это, что фестиваль становится более зрительским, или растет уровень зрителя?
 
Александр Роднянский:

И то, и другое. С одной стороны, авторы стремятся найти своего зрителя, с другой - меняется характер киносмотрения. Для профессиональной аудитории в последнее время приоритетным становится поиск ответа на вопрос о зрительских ожиданиях. Все меньше людей едет на фестиваль потусоваться. Год от года зал Зимнего театра каждый вечер становится все полнее, а на некоторых фильмах даже яблоку негде упасть. Это хороший признак. Так и должно быть - кино, вот что главное на фестивале. Вы видели, сколько людей смотрит фильмы на площади, а это разные программы – и ретроспективы, и современные жанровые картины, успешно прошедшие в российском прокате.
Мы очень гордимся конкурсом «Кинотавр. Короткий метр» - за десять лет нам удалось превратить этот молодежный конкурс в значимое индустриальное событие, на показах которого всегда собирается полный зал, а продюсеры приходят туда в поисках новых имен и свежих идей.
Конечно, еще очень далеко до кассовых рекордов, устанавливаемых фестивальными фильмами... И о таком количестве зрителей, которые пришли на «Легенду № 17» или «Сталинград», пока можно только мечтать, но аудитория авторского кино может в случае событийных названий резко увеличиваться. И именно поэтому названные вами успешные картины прошлого года, активно поддержанные прессой, стали заметны и зрителям. Я считаю, что «Кинотавр» активно способствует кинопрокату, ежегодно выделяя в конкурсе 14-15 лучших отечественных авторских фильмов, которые потом продолжают свое триумфальное шествие по международным фестивалям и привлекают тем самым свою целевую аудиторию.
 
Нина Ромодановская:
«Женская программа» юбилейного конкурса - тенденция или особенность этого года? Вы согласны с Ситорой Алиевой, и женщинам действительно есть что сказать, больше, чем мужчинам?
 
Александр Роднянский:

Это и тенденция, и особенность. В последнее время сильно изменилась технология производства кино, стала намного легче. В связи с этим стало проще самовыражаться инструментами кино. Это уже не требует стольких усилий, порой очень тяжелых в буквальном физическом смысле слова. И женщины смогли органично включиться в индустриальный процесс. Поэтому мы сейчас переживаем волну женского кино. Кинематографа и остросоциального, и драматичного, и эмоционального, утверждающего право любого меньшинства на голос и свободу самовыражения...

Нина Ромодановская:
Питчинги «Кинотавра» выросли в индустриальный инструмент и даже стали применяться при распределении государственной поддержки. Как вы оцениваете эту тенденцию?
 
Александр Роднянский:

«Кинотавр» первым у нас в стране стал проводить питчинги. Идея открытого обсуждения проектов мне очень импонирует – она современная, предельно внятная и полезная, потому что формирует культуру презентации и конкуренции замыслов. Более того, благодаря питчингам мы констатируем, что «Кинотавр» - фестиваль полного цикла: участники питчинга возвращаются к нам через несколько лет полноценными участниками основного конкурса.
А что касается внедрения практики питчингов при распределении государственных денег, то я считаю это правильным. И пусть окончательное решение о поддержке того или иного проекта зависит не только от результатов питчинга, а еще от нескольких субъективных факторов, но сам факт публичной защиты замыслов повышает ответственность как представляющих проекты, так и экспертов. Вот увидите, как заметно в этом году вырастет качество презентаций на питчингах Минкульта и Фонда кино.
 
Нина Ромодановская:
Каким вы видите будущее развитие фестиваля?
 
Александр Роднянский:

В расширении зрительской аудитории прежде всего. В постепенном изменении самого формата - превращении из сугубо индустриального мероприятия, пусть и многотысячного, но замкнутого в своей среде, в большое зрительское событие, собирающее как жителей Сочи, так и туристов. И показы программ «Кино на площади» как раз подтверждают, что интерес аудитории есть, его надо развивать, расширять рамки фестивальных показов, увеличивать количество площадок. И тогда фестиваль станет заметным событием города и региона, таким как, например, Берлинский или Роттердамский кинофестивали.
С другой стороны, конечно же, мы продолжим развивать «Кинотавр» в качестве территории серьезной профессиональной экспертизы, повышая престиж отечественного авторского кино. Именно таким образом фестиваль стал специфической формой продвижения нашего кино к зрителю. Уже сейчас практически все фильмы из конкурса «Кинотавра» выходят в прокат, пусть зачастую ограниченный, но они все же бьются за своего зрителя. Это серьезное достижение «Кинотавра».

Нина Ромодановская:
Давайте поговорим о фильме «Левиафан», который был представлен в основном конкурсе самого престижного фестиваля мира – Каннского. Расскажите, о чем он. Сейчас многие говорят о том, что этот фильм - критика российской действительности.
 
Александр Роднянский:

Кто-то видит в нем вечную библейскую историю, кто-то реалии нашей жизни. И то, и другое - правда. Андрей Звягинцев – режиссер огромного дарования, снимающий кино многослойное, многоуровневое, требующее серьезной интеллектуальной и духовной работы. Я уверен, что у него получился фильм, о котором зрителю захочется размышлять.
Это совершенно универсальная история о природе человека.
 
Нина Ромодановская:
В Каннах картина была принята хорошо, при этом реакция зала на пресс-показе и на премьере несколько различалась, люди по-разному реагировали на одни и те же эпизоды. Пресса смеялась больше. Реакция зала во многом определяет впечатления и ощущения от картины. Каковы Ваши впечатления? Было ли что-то в реакции зарубежной аудитории, что вас удивило?
 
Александр Роднянский:

Да, безусловно, реакция прессы немного отличалась – но пресса более свободна и привычна к просмотрам, чувствует себя менее скованно и не тратит времени для раскачки. В целом же, реакция замечательная, я бы сказал, ошеломительная. Не хотелось бы выглядеть нескромным, но достаточно просто привести несколько цитат из рецензий. Так, французская газета Le Figaro написала: «Звягинцев – поэт, философ, художник. Гений? Сильное слово, которое напрашивается. «Левиафан» - это шедевр. Какого жанра? Жанра «шедевр». А британская Guardian так и назвала свою статью - «Настоящий русский шедевр»...
На сегодняшний день «Левиафан» продан уже в 50 стран мира - это то, что обеспечило судьбу фильма надолго, на всех территориях. В конечном счете, сам факт, что Sony Pictures Classics купила права на картину на США, а Аrtificial Eye на Великобританию и Pyramide на Францию говорит о том, что у фильма есть очевидный зрительский потенциал.
Звягинцев – уникальный художник, каждый его фильм – серьезное художественное событие. Дающееся его автору очень нелегко. «Левиафан» - необычный фильм для Андрея Звягинцева, многолюдный и сложнопостановочный. Это современная история с блестящим актерским составом, способная тронуть и самого неискушенного зрителя, и тонкого ценителя киноязыка.
 
Нина Ромодановская:
Фильм получил приз за сценарий, хотя многие и российские и зарубежные критики прочили ему Золотую пальмовую ветвь. Как вы считаете, почему жюри приняло такое решение? Не является ли этот расклад призов мотивированным соображениями, далекими от киноискусства?

Александр Роднянский:

Я глубоко убежден в том, что все девять членов жюри – выдающиеся актеры, режиссеры и сценаристы – принимали решение исходя из своего понимания прежде всего киноискусства, а не каких-либо политических обстоятельств вокруг него. О чем публично и заявили на заключительной пресс-конференции. У каждого конкретного человека есть свои политические взгляды, которые формируют отношение людей к тем или иным событиям и политическим процессам. Обсуждая конкурсные фильмы в столь профессиональном коллективе, думаю, самым сложным был процесс нахождения компромисса между людьми разных художественных вкусов. И именно этот компромисс, уверен, и определил выбор фестивального жюри. Наградив турецкий фильм «Зимняя спячка» Золотой пальмовой ветвью, полагаю, жюри решило выделить картину изысканную, сложную, интеллектуальную, глубокую и, увы, явно имеющую минимальное количество шансов для проката за пределами Турции и Франции.
 
Нина Ромодановская:
Какой бюджет картины?
 
Александр Роднянский:

Производственный бюджет «Левиафана» – 220 млн. рублей.
 
Нина Ромодановская:
Как будет осуществляться прокат: есть ли уже дистрибьютор, какие планы на количество копий?
 
Александр Роднянский:

Надеемся выпустить фильм в России в сентябре одновременно с Францией. Прокатчиком будет наша Acompany в сотрудничестве с XX век FOX. Формат выпуска будет средним - несколько сотен экранов.

Нина Ромодановская:
Есть устойчивое убеждение, что призы даже крупных фестивалей ничего не добавляют к прокатной судьбе картины в России. Вы с этим согласны? А в международном прокате?
 
Александр Роднянский:

Если мы говорим про Каннский фестиваль, то участие в нем и особенно призы этого престижного смотра, безусловно, увеличивают прокатный потенциал российской картины и дома, и за рубежом. Доказательством тому может служить «Елена», результаты кассовых сборов и телепоказов которой были намного выше сборов и телерейтингов других авторских проектов и в международном прокате и в России.
 
Нина Ромодановская:
Во сколько обходится publicity фильма в конкурсе крупнейшего фестиваля?
 
Александр Роднянский:

Это несущественные затраты, поскольку все продвижение обеспечивается благодаря PR-инструментарию.
 
Нина Ромодановская:
Как отразится на фильме «Левиафан» новый закон о запрете мата в кино?
 
Александр Роднянский:

Конечно, в нашем фильме присутствует ненормативная лексика. Но требования нового закона на фестивальные показы не распространяются. И поэтому на Кинотавре будет показана та же версия, что и на Лазурном берегу («Левиафан» - фильм закрытия Кинотавра – примечание редактора). Но закон есть закон, и мы, конечно, будем его исполнять. Хотя я считаю, что для «Левиафана» потеря будет невосполнима. Такой режиссер как Звягинцев воспользовался этой частью родного языка с очевидной и более чем серьезной целью - добиваясь полной убедительности экранных героев и обстоятельств их жизни для зрителей. Это получилось. Иногда комично, а подчас - и страшно... Попробуем поспеть получить прокатное удостоверение до вступления закона в силу.

Нина Ромодановская:
Андрей Звягинцев, безусловно, талантливый режиссер, делающий фильмы, неизменно отмечаемые призами крупнейших международных фестивалей. Вы один из крупнейших продюсеров, работаете с очень разными проектами. Насколько сложно продюсеру Роднянскому работать с режиссером Звягинцевым?
 
Александр Роднянский:

Сложно работать с любым настоящим художником. Каковым, безусловно, является Звягинцев. Но с другой стороны – это огромная честь. Продюсерам не часто удается работать с Авторами с большой буквы. В данном случае удовольствие перевешивает все сложности. Андрей – человек бескомпромиссный, твердый в своих убеждениях. Он, бесспорно, один из крупнейших российских художников. Для меня работа с ним - ответ на вопрос «зачем я вообще продюсирую фильмы»...

Нина Ромодановская:
На пресс-конференции призеров Каннского фестиваля Андрей Звягинцев сказал, что продолжит сотрудничество с вами и в скором времени запустится с новым проектом. Расскажите, пожалуйста, что это за проект?

Александр Роднянский:

У Андрея есть несколько замыслов. Более того, это уже готовые сценарии. И мы их активно обсуждаем. Какой-то из них, бесспорно, будет нашим следующим проектом.
Автор:
Нина Ромодановская

Другие статьи по теме Кинобизнес

Другие статьи по теме Открытый российский кинофестиваль Кинотавр

Фоторепортажи по теме Открытый российский кинофестиваль Кинотавр

Реклама