Олег Асадулин: «Свободу творчества нужно заслужить»



Версия для печати Опубликовать в блоге Послать ссылку другу

24.03.2010 11:09:43
25 марта 2010 года свое шествие по российским кинотеатрам начинает мистический триллер «Фобос. Клуб страха» - рассказ о нескольких отчаянных часах из жизни семи молодых людей, запертых в стенах бывшего бункера. Накануне премьеры фильма мы встретились с его постановщиком – дебютантом большого экрана Олегом Асадулиным, чтобы поговорить о жанровом кино, сложностях работы над первым фильмом и свободе творчества.

режиссер Олег Асадулин

Корреспондент:
На фильме Вы работали под руководством двух сильных продюсеров – Федора Бондарчука и Дмитрия Рудовского. Насколько слаженным было ваше сотрудничество? В какой степени продюсеры влияли на результат?

Олег Асадулин:

Я доволен работой в этой команде. Продюсеры относились ко мне с доверием. Они большие профессионалы. А то, что какие-то моменты в фильме получились не такими, как мне хотелось, - это результат нормального рабочего процесса.

Корреспондент:
На данном периоде Вашего творческого становления Вы допускаете для себя определенные компромиссы?

Олег Асадулин:

Я надеюсь, что их будет все меньше и меньше. Это закономерная эволюция каждого нормального режиссера. За свою свободу ты должен биться. Должен заслужить ее. С каждым новым фильмом зарабатываешь себе этот кредит доверия. «Фобос» - это дебют, и мне приходилось идти на компромиссы. Стоили они этого или нет, решать зрителям.

Корреспондент:
В финале фильма используется традиционный сценарный ход, когда все происходившее превращается в сон или фантазию одной из героинь. Такой поворот, конечно, успокаивает зрителя, но и несколько разочаровывает. Вы согласны со мной?

Олег Асадулин:

Да. Меня тоже смутил такой финал. У меня было опасение, что зритель будет разочарован. Но дело в том, что это предложение поступило от продюсеров, и мне пришлось согласиться с ними. У подобного конца тоже есть свои плюсы. Это дело вкуса.

Корреспондент:
Была ли задумана другая версия финала фильма?

Олег Асадулин:

Изначально предполагалось, что все герои выживут. Но затем было принято решение, ужесточить историю, и поэтому возник тот финал, который вы видите в фильме. На съемки альтернативного финала, у нас, к сожалению, не было времени. Возможно, следовало бы всех героев убить, чтобы в живых осталась только одна героиня. И чтобы все это не было сном. Я бы сделал так.

Корреспондент:
Расскажите о Вашем творческом и жизненном опыте до фильма «Фобос. Клуб страха».

Олег Асадулин:

Я родился в суровом городе Челябинске. Там живет вся моя семья. В Челябинске я окончил художественное училище. В 19 лет уехал в Питер, так как очень любил этот город и хотел в нем жить. Окончил Мухинское училище. Работал художником в маленьких театрах, в том числе в театре «ДаНет» выдающегося режиссера Бориса Понизовского, которому я очень благодарен. А потом судьба занесла меня в Германию, где я по воле случая попал в кино. Но случаев, как известно, не бывает. Я всегда обожал кино. Недавно нашел свою детскую тетрадку, куда записывал все просмотренные фильмы и проставлял им оценки. И все мои друзья удивлялись, как мог 10-летний ребенок идти на два сеанса сразу – детский и взрослый. Это были конец 70-х - начало 80-х годов. Как сейчас помню – 10 копеек за детский сеанс и 25 за взрослый. Фильмы, которые меня трогали, я смотрел по нескольку раз.

Корреспондент:
Но, тем не менее, после школы получать кинообразование не стали?

Олег Асадулин:

Живя в провинции, очень трудно было на это рассчитывать. Я всегда представлял себе ВГИК как какое-то элитное заведение, где учатся только дети известных родителей. Поэтому у меня даже мысли не возникало ехать в Москву.

Корреспондент:
А как Вы оказались в Германии?

Олег Асадулин:

Это была середина 90-х годов. Шальное и смутное время для России. В один прекрасный день я просто понял, что надо двигаться вперед, посмотреть мир и себя показать. В Германию я попал проездом, но так получилось, что там влюбился в девушку – настоящую берлинку – и остался.     

Корреспондент:
Почему решили поступать в берлинскую киношколу?

Олег Асадулин:

Приехав в Германию, я пошел работать художником на берлинскую студию Бабельсберг, строить декорации для фильмов и зарабатывать на хлеб, и там получил уникальный опыт. Строил декорации, например, для фильма «Обитель зла» с Милой Йовович. В начале фильма есть кадр, где Йовович лежит на кафельном полу. Так вот, этот пол рисовал я, это не настоящий кафель. Также я работал в съемочной группе фильма Романа Поланского «Пианист». Интересное было время. А потом увидел объявление канала «Discovery» о том, что они ищут молодых режиссеров со свежими идеями. Пришел домой, изложил на бумаге несколько идей документальных фильмов и выслал. «Discovery» понравилась одна из них, мне предоставили бюджет, и я снял фильм, который показали в 140-ка странах мира по телевидению, понятия не имея о том, как делается такого рода кино. Конечно, после этого решил продолжать. Вскоре снял еще один документальный фильм для канала «BBC». Но его смонтировали без моего участия, и я был очень разочарован тем, что увидел. Дал себе слово, больше никогда не снимать документальное кино. И тогда загорелся учебой. Очень хотел поступить в Немецкую академию кино и телевидения, и у меня это получилось.

Корреспондент:
Сколько лет отучились в киношколе?

Олег Асадулин:

Обучение длилось около пяти лет, но на четвертый год мне стало скучно. Созрело решение, что пора заняться делом. Начал работать, снимать клипы, а через год закончил свой дипломный фильм за 10 тысяч евро, которые получил от школы. Причем эта сумма состояла из трех бюджетов – моего, оператора и продюсера.

Корреспондент:
Какого формата кино Вас учили снимать в Берлине: коммерческое или арт-хауз?

Олег Асадулин:

Нечто среднее. Там есть и голливудская струя, и арт-хаузная. Это как раз отражает параноидальное состояние, в котором находится европейский кинематограф. Но в данной ситуации можно найти и свои плюсы. У тебя есть выбор, возможность научиться тому, что тебя интересует. Меня всегда привлекало коммерческое кино. К нам приезжали из Голливуда операторы, сценаристы и режиссеры. Я получал у них те знания, которые казались мне важными.

Корреспондент:
Ваш дипломный фильм был по жанру близок «Фобосу»?

Олег Асадулин:

Да. Я очень люблю жанр триллера, и мне было интересно себя в нем попробовать. К тому же за 10 тысяч евро мы не могли особенно развернуться. Решили снимать в одном помещении. Написали историю, которая могла произойти в замкнутом пространстве. Загадочный убийца, пропадающие молодые люди, поиски героини, запертой в старом бункере…

Корреспондент:
И Ваш диплом настолько понравился продюсеру Дмитрию Рудовскому, что он решил доверить Вам постановку «Фобоса»?

Олег Асадулин:

Совершенно верно.

Корреспондент:
Судя по Вашему возрасту, Вы принадлежите к тому постсоветскому поколению, которое выросло на видеосалонах?

Олег Асадулин:

Конечно, я посещал видеосалоны. После перестройки открылось множество салонов, в которых показывали абсолютно разное кино. В интеллектуальных салонах можно было за день увидеть всего Феллини. Я регулярно посещал маленький видеосалон на Литейном проспекте, где смотрел авторское кино. Были и другие места, где показывали коммерческие хиты. Там я увидел «Звездные войны» и «Челюсти», которые меня поразили, «Кошмар на улице Вязов», «Индиану Джонса» и так далее. Это была классика Голливуда, которую мы, изголодавшись, смотрели взахлеб. И все это сделало меня поклонником и даже фанатиком крепкого коммерческого кино.

Корреспондент:
На какой из этих фильмов Вы оглядывались, работая над «Фобосом»?

Олег Асадулин:

Мне хотелось снять фильм с элементами приключенческого кино, фильма  - «квэста», наподобие «Индианы Джонса», когда в поисках выхода из бомбоубежища ребята находят все новые и новые комнаты, тайны, преодолевают преграды… И одновременно открывают новые возможности в самих себе. В фильме есть и комедийное начало, и романтическая линия. Мы добивались смешения жанров.

Корреспондент:
В России существует большое предубеждение в отношении жанрового зрительского кино. Не смущало ли Вас это, когда Вы взялись за «Фобос. Клуб страха»?

Олег Асадулин:

В Европе к такому кино относятся с не меньшим предубеждением. Мне, наоборот, кажется, что в России жанровый кинематограф вызывает больше доверия, чем в Германии. Там смотрят жанровое кино только родом из Америки, а если кто-то из немцев посмеет нечто подобное снять, его просто заклюют. Я приехал в Россию с надеждой найти здесь желание создавать и смотреть зрительские фильмы. После выхода «Ночного дозора» и «Дневного дозора» у нас возникла эйфория, что мы тоже можем делать коммерческое кино. И я очень надеялся, что на этой волне появятся и другие фильмы. Сейчас, конечно, ощущаются плоды кризиса. Снимают по большей части только комедии. Но я с радостью наблюдаю, как оттачивается профессионализм в области комедии. И другие жанры у нас должны получаться. Глупо ожидать, что это произойдет мгновенно. Нужно сделать какое-то количество ошибок. Потенциал для жанрового кинематографа в России есть. И главное, что наша публика любит такие фильмы.

Корреспондент:
К какой аудитории Вы обращаетесь вашей лентой?

Олег Асадулин:

К молодежной, конечно. Мне хотелось сделать откровенно коммерческую картину для молодежи.   

Корреспондент:
Молодежь сегодня избалована масштабным кино из Голливуда с традиционным сюжетом об избавлении мира от сил зла и сложными визуальными эффектами. Что заставит эту публику сделать выбор в пользу «Фобоса»?

Олег Асадулин:

С самого начала было понятно, что нам не имеет смысла соревноваться с Голливудом. У нас было всего 1,5 миллиона долларов. На эти деньги до кризиса в России можно было снять неплохую романтическую комедию, но не фильм с построением огромной декорации, с затоплением помещения, со взрывами, огнем и так далее. Но, тем не менее, все эти эффекты нам удалось реализовать, дополнив фильм интересной интригой с поджидающими на каждом шагу ловушками. Думаю, что зритель оценит и талантливую игру молодых актеров, и историю, которая близка всем нам.

Корреспондент:
Почему съемки фильма проходили в Эстонии?

Олег Асадулин:

У нас был эстонский ко-продюсер. И было решено, что лучше и дешевле сделать съемочный период в Таллине.

Корреспондент:
Хотела бы спросить Вас о героях. Стояла ли перед Вами задача, посредством этой семерки создать собирательный образ российской молодежи?

Олег Асадулин:

Разумеется. Мы хотели изобразить определенный социальный срез нашего общества, воспользовавшись несколькими клише. Без особой социальной критики.

Корреспондент:
Как Вам работалось с молодыми актерами? Почти весь фильм герои испытывают стресс. Сложно ли было добиться этого состояния от актеров?

Олег Асадулин:

Я не сторонник жестких методов работы с актерами, когда в кого-нибудь нужно выстрелить холостым патроном, чтобы он достоверно сыграл. Предпочитаю просто объяснять роль, убеждать, разговаривать с актерами. Многое они предлагали сами. Мы все находились в одной лодке. Были и конфликты, и споры. Но это норма.

Корреспондент:
Сколько у Вас было съемочных дней?

Олег Асадулин:

Всего 30. Это очень мало. Мы были зажаты в строгие рамки. Но таковы были правила игры. И я счастлив, что сыграл в эту игру и очень благодарен за предоставленный мне шанс.

Корреспондент:
Над чем работали после «Фобоса» и какие у Вас творческие планы?

Олег Асадулин:

Мне предложили снять 8-ми серийный телесериал «Чудо» для российской и украинской аудитории с Аленой Яковлевой и Олесей Железняк в главных ролях. Это была замечательная работа. Отличный сценарий, написанный авторами студии «Квартал 95». Сериал вскоре должны показать по каналу Россия. А летом я сбираюсь снимать романтическую комедию, говорить о которой пока рано.


Автор: Ксения Сахарнова




Просмотров: 7455   |      









 
Все новости  |  Архив за неделю  |  Архив за месяц RSS

 PR агентство |
 
 О проекте |  Контакты |  Реклама на сайте |  Услуги |  Форум
 





База данных по киноорганизациям.